Неточные совпадения
Потом я
уколола палец и хотела не заплакать, да мать спросила меня: «Что ты?» — я не удержалась и заплакала.
На улице, под ветром и острыми
уколами снежинок, Кутузов, застегивая пальто, проворчал...
Лидия осторожно или неохотно усмехнулась, а Клим еще раз почувствовал
укол зависти.
Неясное какое-то подозрение
укололо Самгина, он сердито взглянул на Попова, а инженер, подвигая стул, больно задел Самгина по ноге и, не извиняясь, сказал...
— Кто может знать это? — пробормотал Самгин, убедясь, что действительно бывает ощущение
укола в сердце…
Рассказывал он, что вице-губернатор, обнимая опереточную актрису,
уколол руку булавкой; рука распухла, опухоль резали, опасаются заражения крови.
— Этот
укол только взбесит щедринскую свинью.
В этот вечер ее физическая бедность особенно колола глаза Клима. Тяжелое шерстяное платье неуловимого цвета состарило ее, отягчило движения, они стали медленнее, казались вынужденными. Волосы, вымытые недавно, она небрежно собрала узлом, это некрасиво увеличило голову ее. Клим и сегодня испытывал легонькие
уколы жалости к этой девушке, спрятавшейся в темном углу нечистоплотных меблированных комнат, где она все-таки сумела устроить для себя уютное гнездо.
День был яркий, сухо морозный, острый блеск снега неприятно ослеплял глаза, раздражали
уколы и щипки мороза, и вспоминалось темное, остроносое лицо Варвары, обиженно или удивленно приподнятые брови, криво приоткрытые губы.
Ощутив нервную дрожь, точно его
уколола игла, Самгин глухо спросил...
И, знаете, иной раз, как шилом
уколет, как подумаешь, что по-настоящему о народе заботятся, не щадя себя, только политические преступники… то есть не преступники, конечно, а… роман «Овод» или «Спартак» изволили читать?
Дверь распахнулась, из нее вывалился тучный, коротконогий человек с большим животом и острыми глазками на желтом, оплывшем лице. Тяжело дыша, он
уколол Самгина сердитым взглядом, толкнул его животом и, мягко топая ногой, пропел, как бы угрожая...
Клим покосился на него, он все острей испытывал
уколы зависти, когда слышал, как метко люди определяют друг друга, а Макаров досадно часто говорил меткие словечки.
— Тише, Ольга, ты меня
уколола…
О женщинах невозможно было думать, не вспоминая Лидию, а воспоминание о ней всегда будило ноющую грусть,
уколы обиды.
Кирила Петрович ходил взад и вперед по зале, громче обыкновенного насвистывая свою песню; весь дом был в движении, слуги бегали, девки суетились, в сарае кучера закладывали карету, на дворе толпился народ. В уборной барышни перед зеркалом дама, окруженная служанками, убирала бледную, неподвижную Марью Кириловну, голова ее томно клонилась под тяжестью бриллиантов, она слегка вздрагивала, когда неосторожная рука
укалывала ее, но молчала, бессмысленно глядясь в зеркало.
Выплюнула, а язык себе все-таки
уколола, вот отчего тогда и завизжала.
Алеша ничего не ответил, точно и не слыхал; он шел подле Ракитина скоро, как бы ужасно спеша; он был как бы в забытьи, шел машинально. Ракитина вдруг что-то
укололо, точно ранку его свежую тронули пальцем. Совсем не того ждал он давеча, когда сводил Грушеньку с Алешей; совсем иное случилось, а не то, чего бы ему очень хотелось.
Я чувствовал себя чужим в доме, и вся эта жизнь возбуждала меня десятками
уколов, настраивая подозрительно, заставляя присматриваться ко всему с напряженным вниманием.
— Были и знакомые… Как не быть! Животики надорвали, хохочут над Данилушкой… Ох-хо-хо! Горе душам нашим… Вот как, матушка ты наша, Катерина Ивановна!.. Не гляди на нас, что мы старые да седые: молодому супротив нас еще не
уколоть… Ей-богу!.. Только вот Ивана Яковлича не было, а то бы еще чище штуку сыграли.
Лебедев сделал странную, умильную гримасу; он ужасно завозился вдруг на месте, точно его
укололи вдруг иголкой, и, лукаво подмигивая глазами, делал и показывал что-то руками.
Она мигом обернулась, точно ее
укололи иголкой. Князь заколебался было ответить; он почувствовал, что нечаянно, но сильно проговорился.
Вы сказали, что это очень грязная мысль: я нарочно сказала, чтобы вас
уколоть.
Помнишь старика Колобова, — так он какую штуку
уколол.
Последняя угадала, что это только первые
уколы, за которыми последуют и другие.
Словом сказать,
уколы для помещичьего самолюбия встречались на каждом шагу, хотя я должен сказать, что матушку не столько огорчали эти
уколы, сколько бестолковая земельная чересполосица, которая мешала приняться вплотную за управление.
Ни один из привитых не заболел, «только у двух сделались простые нарывы на месте
уколов».
«Операцию прививки, — говорит он, — я совершаю одним из трех способов: либо я делаю
укол ланцетом и наношу на ранку отделение язвы или кондиломы; либо поднимаю кожицу нарывным пластырем и покрываю обнаженную поверхность корпией, смоченной гноем; либо, наконец, удаляю кожицу трением пальца, обернутого в полотенце, и на обнаженную поверхность наношу гной.
Не могу не воздать хвалу тому, кто первый извлек из маковых головок морфий. Истинный благодетель человечества. Боли прекратились через семь минут после
укола. Интересно: боли шли полной волной, не давая никаких пауз, так что я положительно задыхался, словно раскаленный лом воткнули в живот и вращали. Минуты через четыре после
укола я стал различать волнообразность боли...
Больше не могу. И вот взял и сейчас
уколол себя.
Да… так вот… когда стало плохо, я решил все-таки помучиться (пусть бы полюбовался на меня профессор N) и оттянуть
укол и ушел к реке.
Могу себя поздравить: я без
укола уже четырнадцать часов! Четырнадцать! Это немыслимая цифра. Светает мутно и беловато. Сейчас я буду совсем здоров?
Было бы очень хорошо, если б врач имел возможность на себе проверить многие лекарства. Совсем иное у него было бы понимание их действия. После
укола впервые за последние месяцы спал глубоко и хорошо — без мыслей о моей, обманувшей меня.
И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после
укола морфием.
Сейчас лунная ночь. Я лежу после припадка рвоты, слабый. Руки не могу поднять высоко и черчу карандашом свои мысли. Они чисты и горды. Я счастлив на несколько часов. Впереди у меня сон. Надо мною луна и на ней венец. Ничто не страшно после
укола.
Рубашку я захватил больничную. Не до того было. На другой день, сделав
укол, ожил и вернулся к доктору N. Он встретил меня жалостливо, но сквозь эту жалость сквозило все-таки презрение. И это напрасно. Ведь он — психиатр и должен понимать, что я не всегда владею собой. Я болен. Что ж презирать меня? Я вернул больничную рубашку.
А так как он был человек с фантазиями и верил в чудодейственные универсальные средства, то нам пришлось испытать на себе благодетельное действие аппретур на руках, фонтанелей за ушами, рыбьего жира с хлебом и солью, кровоочистительного сиропа Маттеи, пилюль Мориссона и даже накалывателя некоего Боншайта, который должен был тысячью мелких
уколов усиливать кровообращение.
В больших, навыкате, глазах (и кто только мог находить их красивыми!) начинала бегать какая-то зеленоватая искорка. Все мое внимание отливало к пяти
уколам на верхушке головы, и я отвечал тихо...
— Лиза, мог ли я подумать, что ты так обманешь меня! — воскликнул я вдруг, совсем даже не думая, что так начну, и не слезы на этот раз, а почти злобное какое-то чувство
укололо вдруг мое сердце, так что я даже не ожидал того сам. Лиза покраснела, но не ответила, только продолжала смотреть мне прямо в глаза.
Он произвел на меня такое грязное и смутное впечатление, что, выйдя, я даже старался не думать и только отплевался. Идея о том, что князь мог говорить с ним обо мне и об этих деньгах,
уколола меня как булавкой. «Выиграю и отдам сегодня же», — подумал я решительно.
Такие слова
укололи мое самолюбие, и я скрепя сердце сказал, что не трушу.
Точно что-нибудь
укололо меня в сердце!
В самое сердце
уколол меня этот упрек.
Карандышев. Да, повеличаться, я не скрываю. Я много, очень много перенес
уколов для своего самолюбия, моя гордость не раз была оскорблена; теперь я хочу и вправе погордиться и повеличаться.
— Вам неприятно видеть Розанова, потому что он напоминает вам ваше прошлое и неловко
уколол вас вашим бывшим художественным направлением.
— Какая ты право, Агнеса! К тебе едешь за советом, за добрым словом, а ты все ищешь, как бы
уколоть, уязвить да обидеть.
— Это будет и экономнее! —
уколола она его.
— Что, надумалось? —
уколол его Карамышев, которого он застал на передней террасе.
Первое слово сочувствия, произнесенное этой женщиной, произвело на него, измученного за эти дни непрестанными
уколами самолюбия, сильное впечатление.